Неизменность тактики ракетных атак по «критической инфраструктуре» позволяет понять, на что может рассчитывать Кремль.
«Росбалт» информирует о том, что произошло в ходе СВО РФ в Донбассе и вокруг нее.
Во вторник, 1 ноября, не происходило каких-то массированных российских ракетных ударов по украинским объектам критической инфраструктуры, как называют в Киеве электроподстанции, ТЭС, ТЭЦ, ГЭС и т. д. Тем не менее, они были, пусть и не в таком количестве, что говорит о неизменности новой тактики ВС РФ после назначения главой группировки, задействованной в СВО, генерала Сергея Суровикина, ранее как раз возглавлявшего ВКС страны, на которые сейчас и приходится основная нагрузка среди других видов войск. В связи с этим хотелось бы вопреки устоявшейся традиции не рассказывать о множестве событий, а сконцентрироваться на одном — основном, так сказать — зрить в корень.
Можно предположить, чего добивается военно-политическое руководство РФ на данном этапе СВО. Версия № 1, высказывавшаяся ранее и почти официальная: под гнетом непоправимого ущерба народному хозяйству с прицелом на зимние холода усадить руководство Украины за стол переговоров.
У многих аналитиков на Западе есть сомнения, что это возможно с учетом непримиримой позиции, занятой командой Зеленского, основные акторы которой верят в силу санкций против РФ коллективного Запада и хотят продержаться хотя бы до лета следующего года, когда, по их мнению, народ в России выйдет на улицы на массовые акции протеста. Эти прогнозы, правда, грешат тем же выдаванием желаемого за действительное, что и, судя по всему, первичные планы СВО. Потому что без серьезного падения уровня жизни в РФ и критических потерь на фронте, которые будут видны населению и восприниматься трагически вне зависимости от работы «голубого экрана», никто никуда не выйдет, особенно с учетом законов, регламентирующих массовые собрания, свободу слова и прочее.
Кроме того, уничтожение энергетической инфраструктуры Украины как единого целого, а к этому все идет всего лишь спустя три недели после начала «ракетного кошмара», логически приведет к распаду страны на островки с электричеством и без и неизбежному расселению населения туда, где есть привычный бытовой комфорт и, по сути, цивилизация — на запад и на восток государства. Столкнувшись с таким риском, а Европа здесь окажется бессильной как-то помочь, если не закроет небо над Украиной (что опять-таки невозможно), команда Зеленского может пойти на серьезные компромиссы за столом переговоров. Ведь только на словах Арестовича можно пережить зиму в палатке, отапливаемой свечками, установленной в городской квартире. В реальности — нет, особенно семьям с детьми. То есть компромисс неизбежен, это всего лишь вопрос времени, и в Кремле на это делают ставку. Именно поэтому, по сути, до срока завершилась частичная мобилизация, резервистов стали выпускать за границу и т. п. Просто по версии российских военных и политических аналитиков, Киев сломается зимой и подпишет удобный для Москвы мирный договор. А для этого призванных 300 тыс. резервистов будет достаточно.
Если же Киев продолжит упрямиться вопреки, казалось бы, здравому смыслу, подсказывающему, что риск потери Украины под ударом генерала Мороза очень велик, то вступает в дело версия № 2, ранее не обсуждавшаяся, но вполне вероятная. Кремль и Минобороны могут рассчитывать на то, что на Банковой примут решение отселять полностью население обесточенных городов и сел в более благополучные региона страны. Собственно, разговоры об этом в украинском политикуме идут уже не одну неделю. И вполне логично в эти пустые населенные пункты России вводить свои войска, даже не особо подготовленные, например, вчерашних мобилизованных. Очевидно, что защищать их у украинской армии не будет особой мотивации, поскольку некого, да и непросто это делать без тепла и света, хотя бы временного, для отдыха солдат. Все-таки таких примеров, как оборона Сталинграда, в военной истории немного.
Возможно, это понимают не только в Кремле. Так, координатор по стратегическим коммуникациям в Совете национальной безопасности Джон Кирби заявил во вторник, что США не ищут конфликта с Россией и хотят переговорного решения в Украине. «Цели президента были ясны с самого начала. Мы не хотим конфликта с Россией. Это номер один», — сказал Кирби. Также среди задач Кирби назвал помощь Украине, чтобы она подошла к переговорам об урегулировании конфликта в наиболее выгодном положении.
Возможно, этим пониманием вызвано и вчерашнее заявление Дмитрия Медведева о том, что только полная и окончательная победа России на Украине является гарантией от глобального конфликта, к которому мир подталкивает Запад. Когда появляются фразы типа «полная и безоговорочная победа», сразу становится понятно, на чьей стороне сейчас царят оптимистические ожидания — ведь совсем недавно их произносили в Киеве все от Арестовича до Зеленского. Сейчас уже ожидания гораздо скромнее.
Тем не менее, понять, как все обернется в итоге российско-украинского военного конфликта, сейчас невозможно, поскольку успех не раз переходил от одной стороны к другой, и это должно было бы уже приблизить Москву и Киев к переговорному столу. Чего, однако же, до сих пор не случилось.
Василий Островцев
