Почему лишний вес россиян отягощает не их, а экономику
Россияне с ожирением съедают 4% ВВП. Больную тему подняла депутат Госдумы от КПРФ Ирина Филатова.
Ожирение, по её словам, негативно сказывается на демографии и экономике, увеличивает нагрузку на социальную систему.
«По оценкам Минздрава и профильных аналитиков, потери от состояний, ассоциированных с ожирением, могут достигать порядка 4% ВВП. То есть это цифры, измеряемые триллионами рублей. Если брать первое полугодие 2025 года, 4% — это порядка 3,8 триллиона рублей».
Экономические последствия связаны не только с лечением самого заболевания. Это и сокращение продолжительности жизни, то есть преждевременная смертность, и ранняя инвалидизация, и снижение демографических показателей.
Ирина Филатова добавила, что «по внутренним оценкам, потери от нетрудоспособности населения с ожирением, то есть с индексом массы тела более 30, могут составлять порядка 400 млрд рублей, что эквивалентно 0,5% ВВП. Для экономики страны — катастрофические цифры».
Разобраться в причинах ожирения, а также в том, как решить проблему данного недуга, пока он не стал социальным бедствием, и понять, кто в первую очередь оказывается в группе риска, «Свободной Прессе» помогла кандидат медицинских наук, директор по лабораторной медицине и производству «ЛабКвест» и «Q-Клиника» Любовь Станкевич.
«СП»: Каковы социальные причины ожирения?
— Причин много, но ключевые — две: характер питания и образ жизни. Почему питание — социальная, а не индивидуальная проблема? Каждый из нас хочет есть правильно, но в каких условиях мы живём? Человек идёт с работы, заходит в супермаркет. Давайте пройдёмся по нему мысленно.
Подходим к полке с кондитерскими изделиями. Что мы там видим? Почти всё содержит пальмовый жир и добавленный сахар. Найти что-то к чаю без этих компонентов — задача почти невыполнимая. Можно сказать: «Ладно, сладкое вредно, откажемся от десертов». Но давайте перейдём в мясной отдел. Что там? Колбасы, сосиски — и тут же соусы. А что в составе? Крахмал, сахар, избыток соли, трансжиры. Мы думаем: «Ну, кетчуп — это же помидоры, витамины». А по факту — крахмал, сахар, соль и консерванты.
Найти в супермаркете что-то полезное очень сложно. Даже состав прочитать — проблема, нужна лупа.
«СП»: То есть полностью избежать вредных жиров не получится?
— Производство ориентируется на стоимость, а не на пользу. Недавно хотя бы решили проблему с молочными продуктами — урегулировали содержание растительных жиров.
Теперь стало проще купить молоко, творог, сметану с уверенностью, что это действительно молочная продукция. На мой взгляд, такая государственная регулировка должна распространяться и на другие категории.
«СП»: А как обстоят дела с питанием, например, в школах?
— Давайте зайдём в школьную столовую. Что мы там увидим? Часто тендер выигрывает тот, кто предложил самую низкую цену. А это означает сосиски, булочки сомнительного качества. Хорошо, если «сомнительного», а не откровенно плохого. Сладости? У детей естественная тяга к глюкозе, но шоколад — это проблема, конфеты — тоже, состава не разобрать.
«СП»: С первой причиной понятно, а вторая?
— Образ жизни. Мы пропагандируем спорт, фитнес-центры, но давайте честно: наша жизнь уходит в компьютер. Профессиональная деятельность всё больше связана с сидением.
Десять лет назад сидели, в основном, руководители. Сейчас 90% людей работают в позе «лицом в монитор».
Огромная армия айтишников живёт полностью внутри компьютера — и профессионально, и социально. Мы даже обсудить вопрос лично зачастую не можем — пишем друг другу, потому что так проще. А это опять сидение.
«СП»: То есть сидение — бич современного образа жизни?
— Ситуацию усугубляют технологии передвижения. Мой недавний пример: я шла утром полтора километра пешком, мимо меня бодро проехал парень вдвое моложе меня — на самокате. Он счастлив, он экономит время. Но он стоит, не двигается. Сэкономил десять минут — и потерял десять минут жизни в перспективе.
Последние остатки физической активности у людей забирают технологии.
«СП»: Как нужно решать проблему ожирения, пока она не стала национальным бедствием?
— Разобрали обе ключевые причины — стало понятно направление решения. Первое — государственное регулирование производства продуктов. Мы должны добиться нормального состава, адекватной маркировки и реального контроля качества.
Второе — образ жизни. И здесь вопрос философский. Если нас всех отключить от интернета — проблема гиподинамии решится радикально. Но это нереалистично. Однако государственный подход к социальным задачам необходим. Технологии ускоряют работу, освобождают время — но это свободное время превращается в эмоциональную и когнитивную нагрузку. Людей нужно мотивировать или даже организованно направлять тратить часть времени на движение.
Когда-то были попытки делать офисы с фитнес-зонами — для IT-команд, например. Где-то это работает. А должно быть массово. Дворников это не касается. Но офисные сотрудники должны половину рабочего времени сидеть, половину — двигаться.
«СП»: Кто в первую очередь рискует столкнуться с ожирением? Какие возрастные, социальные группы? Есть разница между мужчинами и женщинами в этом плане?
— Начну с гендерных различий — через них удобнее объяснить общую картину. Раньше ожирение чаще встречалось у женщин. Причины понятны: беременность, роды, гормональные колебания, уход за детьми, ограниченная физическая активность в этот период. Мужчины же чаще были заняты физическим трудом.
Теперь всё иначе — мужчины и женщины обездвижены одинаково. Мы все сидим. Наша энергия идёт из мозга в компьютер, а тело атрофируется. Это закон физиологии: неработающий орган атрофируется. Наши мышцы не работают — жировая ткань нарастает.
«СП»: А каким профессиям стоит быть внимательнее к себе?
— По социальным группам особенно рискуют люди сидячих профессий. Раньше говорили, что варикоз и тромбофлебиты — болезнь продавцов, потому что они целый день стоят за прилавком. А теперь продавцы сидят: пункты выдачи заказов, маркетплейсы. Они всё делают за компьютером. Иногда встают, чтобы отнести коробку, но в целом рабочая поза — сидячая. И тут же перекусы: печенье, сосиска с кетчупом — здравствуй, тройная доза сахара.
«СП»: А генетическая предрасположенность к ожирению есть?
— Да, в группе риска люди с генетической предрасположенностью — к ожирению, диабету, метаболическим нарушениям, заболеваниям печени.
Здесь важно подчеркнуть: ожирение — не «безобидный лишний вес». Это хроническое воспаление.
Орган номер один, который страдает — печень. Это одно из ключевых открытий последних десяти лет. Печень — фабрика метаболического ожирения. Накопление висцерального жира начинается именно там.
Печень не болит, она «немая», и человек десятилетиями может ничего не замечать. Кто-то с этой нагрузкой проживёт 30 лет, у кого-то с 35 до 45 развиваются диабет, кардиориски или острые коронарные события.
«СП»: Но ведь страдает не только печень?
— У женщин добавляются нарушения работы яичников, у мужчин — метаболические и сердечно-сосудистые риски. Процесс затрагивает сердце, почки, эндокринную систему.
